Создатель сотворил человека из глины и своим дыханием оживил его. Исходя из этого, можно сделать вывод, что дыхание Создателя и есть душа человека.
И именно наличие души отличает нас от обыкновенной глины. Без души мы были бы подобны мифическому голему, способному лишь на то, чтобы исполнять простые приказы.
Однако где эта душа (дыхание Создателя) хранится – неизвестно. Может быть в сердце, как считает большинство людей (из тех, кто вообще верит в наличие души). А может быть и в животе, как думали индейцы. Или даже, по утверждению древних алхимиков, в крови. Есть еще множество версий, и с каждой из них абсолютно равнозначно можно и согласиться и нет.
Интересно, откуда столько разных мнений?
Есть у меня по этому поводу одна идея. Мне кажется, что душа вполне может храниться как в отдельной части человеческого тела, так и во всем теле целиком. Может быть, Создатель действительно вдохнул жизнь (душу) в тела первых людей на Земле. И дыхание это (душа) заполнила все тело первочеловеков.
Да только с тех пор много всего изменилось. То ли людей стало много и душ на всех нынче не хватает, то ли люди оказались не в состоянии носить в себе душу целиком, но случилось так, что единые души раскололись на множество частей. И каждый из нас несет в себе лишь часть одной большой души (может именно отсюда и родился миф о разделенной на две половины души).
И вот тут-то как раз и понятно, почему мнения о местоположении души столь различны. Потому что у кого-то душа (точнее часть одной целой души) действительно находится в сердце, а другого - в животе.
Я, например, знаю одного человека, душа которого – в его руках. Стоит ему взяться за что-либо своими руками – он становится всемогущим как Бог, сделает все, что угодно, начиная от починки обуви и заканчивая операцией на собаке. Но все остальное у него – обычная и совсем неинтересная глина.
Или вот моя подруга – ее часть души в глазах. Она умеет видеть мир таким, каким его может быть видели Адам и Ева в райском саду. Да вот только поведать об этом она не умеет – язык ее из глины. Однако даже по тем крохам, что слетают с ее глиняных уст, можно догадаться о том прекрасном мире, который она видит своим наделенными душой глазами. Или может моя часть души прячется в ушах, и я могу «слышать» то, что «видят» ее глаза.
Знаю я и человека, душа которого – в его языке. Стоит ему начать что-то рассказывать – невозможно оторваться, даже если ты сам был участником этой (в общем-то обыкновенной) истории и прекрасно знаешь, как все было на самом деле. А как только он закрывает рот – его уже никто не замечает, так, деталь интерьера.
Вот такая идея. И если я даже не совсем права (или вовсе не права), то все же у этой версии есть множество интересных перспектив. Например, для психологии. Или для тех, кто упорно ищет материальное обиталище души (уж не знаю, как называется эта наука).
А пока можете поразмышлять, где именно у вас хранится частичка души. В любом случае хуже от этого не будет.

Yu.

Yu.

Конфуций был прав!
Такая догадка все больше мучает мое сознание. Я начинаю подозревать, что этот поистине великий человек действительно был прав, когда говорил, что все новое только к худшему.
Нет, конечно же, я не противник прогресса. Ни в коем случае. И я удовольствием пользуюсь благами цивилизации. И от многих из них я бы не хотел отказываться.
Однако же какую цену мне (и лично мне, и всем остальным) приходится платить за эти блага?
Начнем с того, о чем нам в первую очередь заявляют сторонники развития: человеческая жизнь увеличилась почти в два раза, а то и больше.
Хорошо, пусть будет так. Только вот куда мы эту жизнь деваем? Бездарно просиживаем в офисах, выполняя непонятную, никому не нужную работу, пьем до посинения на праздниках, да остаток жизни проводим в очередях в поликлиники и лежим в больницах.
Какая мне польза от продления этой жизни, если я ее все равно не живу? Невольно тут вспомнишь «лучше вспыхнуть в миг, чем тлеть всю жизнь».
Может быть рабовладельцу и выгодно, чтобы раб жил дольше и соответственно больше работал, но какая рабу от этого выгода?
А ведь нас загнали именно в рабские рамки существования. Только наш рабовладелец – это огромная система, до головы которой просто невозможно добраться. И эта система лишит нас хлеба, крыши над головой, да еще и бросит нас на съедение своим «собакам», стоит нам только перестать на нее пахать.
Второе утверждение – «человечество избавилось от голода». Вот это хорошо. Я очень не люблю голодать. Однажды я уже прошел это на себе, и не желаю больше подобного никогда.
Однако что мы получаем взамен голода? Неизвестно какие продукты, неизвестно чем напичканные, которые не имеют ни вкуса, ни запаха, ни вообще чего-либо настоящего.
Уж как я люблю колбасу! Так можно любить только Бога и самого себя. Да только вот в последнее время какую колбасу не бери, все одно – безвкусная целлюлоза.
И ничто не помогает – ни сомнительный выбор, ни высокая цена, ни импортный производитель.
А про остальное я даже не хочу говорить…
Или вот взять современное техническое оснащение. Современные технологии позволяют сделать что угодно и как угодно. И все очень функционально, красиво и действительно удобно. А делают почему-то одни бетонные коробки, разделенные фанерными стенами на малюсенькие закутки. А их как ни оснащай – все бесполезно, закуток останется закутком, где сквозь тонкие стены слышны скандалы соседей, где всегда сверху кто-то тебя заливает, а мусор выбрасывают прямо в окно, так что перед домом изо дня в день растет мусорная свалка.
И все (заметьте), все технические новшества служат лишь одной цели – изъять как можно больше денег, а взамен дать то, что вовсе не нужно.
И самое ужасное во всем этом, что бежать просто некуда. Совершенно некуда. И если раньше у людей еще была надежда на Новый свет, «новую землю», на марсианские колонии или что еще подальше, то сейчас даже нет надежды куда-либо сбежать.
И пусть даже это совершенно бесполезный разговор, да и тема, увы, не нова, и разумного решения этой задачи нет, но…
Но зараза сомнений уже поразила мой мозг, и от этого недуга нет лекарства (и где ваша хваленая изобретательность, господа ученые, если даже такого простого заболевания не можете вылечить?).
Что же мне делать? Разбить голову об стену, чтобы больше не было этих мыслей?
Ведь все остальное бесполезно. Уж насколько высок авторитет Конфуция, но и он не смог предотвратить то, к чему мы пришли.
Может быть, будь я чуть-чуть проще, мне бы удалось спиться. А так даже и этот сомнительный подвиг мне неподвластен.
Ау, народ, может у вас есть какие-то предложения?

Haali.

trankvilium.

Колесо предназначено для того, чтобы катиться. В этом смысл его существования. Для этого оно и существует.
Вы когда-нибудь видели колесо, которое не исполняет своего предназначения? Оно безжизненно и бессмысленно. 
Человек, конечно, не очень похож на колесо. Мне лично больше импонирует перекати-поле. Но к этому мы еще вернемся. А пока же о колесе и о предназначении.
Смысл колеса в том, что оно должно катиться. Что именно оно катит и куда – не важно. Точнее, может быть, важно, но колесо вряд ли сможет осознать путь и место прибытия.
Также и человек. Он предназначен для пути. Что это за путь и куда он нас приведет, вряд ли мы сможем понять. У нас не хватит ни ума, ни фантазии. Хотя, в отличие от колеса, человек все же задается вопросом – что есть наш путь и куда он ведет? Наверняка это не просто так.
Но это, как я уже говорил, не важно. Не важно в данный момент. Потом, конечно же, важность пути станет ясна. Но тогда уже и сам человек станет другим, переродившись в совершенно иное существо. Какое именно – я не смогу ответить, ведь для этого надо осознать путь и цель пути. А находясь в человеческой оболочке, я так же слеп, как и то пресловутое колесо, которое не состоянии увидеть ни телеги, ни извозчика, ни населенного пункта, в который эта телега едет.
Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод: задача человеческого существования проста – движение. Именно поэтому я сравнил человека с колесом.
Путь, который мы пройдем в человеческом обличии, изменит нас, как дорога меняет колесо. И это вовсе не значит, что в конце концов человек будет просто выброшен, как сломанное колесо. Будут конечно и сломанные колеса, но те, которые преодолеют путь, станут лучше. Ведь лучшими считаются лишь хорошо обкатанные колеса.
Именно такие колеса более всего ценятся.
Также и ценность человека проверяется дорогой. Есть сложные пути, которые закаляют волю человека. Прошедший по такому пути становится сильным и волевым. Есть пути легкие (хотя на самом деле таких путей нет), как ровная хорошо укатанная дорога. Тот, кто прошел такой дорогой – всегда готов снова отправиться в путь, и настроение его всегда праздничное. Однако есть и такие пути, пройти которые практически невозможно, а смельчаки, которые все же рискнули ступить на этот путь, приходят к финишу усталыми и разбитыми. Зато и ценятся такие люди более всего. Как разбитые колеса, которые провезли телегу по самой плохой дороге. Стоит их немного подлатать и можно быть уверенным, что это колесо тебя никогда уж не подведет.
Но все-таки что же нас ждет в конце пути? Зачем и кому нужен это путь?
Верного ответа у меня конечно же нет, но есть очень интересное предположение.
В начале этой статьи я говорил о том, что мне больше нравится сравнивать человека с перекати-поле. Почему? Да потому что у этого растения есть смысл пути. Оно движется туда, где сможет переродиться во что-то иное. Ведь катится оно по ветру не просто так. Оно несет в себе семя, и ищет для него подходящее место, где из семени может вырасти дерево.
Может быть и мы несем в себе нечто такое, что позволит нам переродиться. А цель нашего пути – найти место, где сможет произрасти то, что мы несем в себе в течение всей жизни.
И не важно, что все перекати-поле в конце концов рассыпаются в прах. Ведь где-то остается живое растение – цель и смысл существования. Который, правда, осознать само перекати-поле никогда не сможет…

Haali.

Я давно уже мечтала съездить к морю, чтобы наконец по настоящему познакомиться с ним. Всяческие семейные отпуски не в счет – к морю нужно ехать совсем в другом настроении и желательно в полном одиночестве.
Именно так я и сделала. Даже купальник хотела не брать, но потом все-таки взяла – кто его знает, может быть море ждет более близкого контакта?
Сначала все было отлично – самолет, гостиница, поздний ужин (или ранний завтрак), сон и прогулка пешком через весь город.
А вот потом все стало ужасно плохо – забитый людьми пляж, грязная вода, шум такой, будто ты на стадионе во время футбольного матча (случалось бывать там однажды). Да еще похотливые масленые глазки самцов всевозможных возрастов и комплекций с их раздражающим «Эй, девушка!»…
В итоге я как дура расплакалась и сбежала назад в гостиницу. Решила даже возвращаться домой, но, обдумав все, отказалась от этого опрометчивого поступка. Моря, как известно, покоряются смелым, а я пока еще смелости никакой не проявила.
При мыслях о смелости, мне пришла в голову отчаянная идея – отправиться к морю ночью, когда все курортники будут спать. Но было боязно, и я все-таки не решилась.
Зато однажды, придя на пляж (надо же было хоть что-то делать), я неожиданно встретила давнюю подругу. Подруга заматерела и поправилась, к ее ноге лип смешной карапуз. Она смотрела на мир немного свысока и казалась вполне довольной жизнью. Потом прибежал ее муж – приятный и красивый парень и потащил нас куда-то («Там классное место!»).
Место оказалось действительно неплохим – закрытая территория (уж не знаю, как мужу подруги удалось получить сюда допуск), много свободных зонтиков, мало народу, чуть более чистая вода и никаких похотливых самцов. Я даже стала подозревать, что моя поездка вовсе не была напрасной.
Потом подруга и ее муж пошли поплавать, а мы с карапузом принялись возводить замки.
- Тебе нравится море? – спросила я карапуза в процессе работы.
- Да, - ответил карапуз, - оно большое. Здесь все помещаются
- А где не помещаются? – удивилась я.
- В садике, - ответил карапуз, - там очень маленький бассейн и мы купаемся по очереди.
Малолетний мыслитель всерьез меня озадачил – если уж даже он понял, что море для каждого найдет место, то чего уж мне – взрослой самостоятельной женщине - стоит отыскать свой маленький морской уголочек.
Когда я вернулась в гостиницу, то спросила у одного служащих, который чаще других порывался мне помогать:
- Вы местный?
- Всю жизнь здесь живу.
- А знаете такие места у моря, где бывает мало народа?
Он энергично закивал головой и долго объяснял мне, как добраться до нужного места.
- Но там вообще никого не бывает, - предупредил он напоследок, - к воде нужно спускаться по крутому склону, а пляжа вообще нет. Туда только рыбаки и ходят.
Я поблагодарила его и на следующее утро отправилась на поиски. Как оказалось, служащий объяснил все просто и ясно, так что очень скоро я была на месте.
Склон правда оказался излишне крутым, так что я пару раз довольно рискованно оскальзывалась, но потом набрела на какую-то малозаметную тропку и дальше спустилась без приключений.
Но это того стоило - здесь действительно почти никого не было (у воды крутилась стайка местных тинейджеров, да где-то вдалеке виднелись силуэты с удочками) и море шумело свободно и властно.
Молодые парни подошли ко мне, но я их довольно грубо отшила. Слава Богу, они оказались ненавязчивы и скоро куда-то исчезли.
Наконец-то я осталась наедине с морем. Дул сильный ветер и волны с грохотом разбивались о прибрежные камни, сыпя брызгами во все стороны. Я уселась на большой, относительно сухой камень и впитывала в себя окружающий меня пейзаж – небо, море, и парящие между двумя стихиями птицы.
Так казалось прошла целая вечность, хотя когда я посмотрела на часы, оказалось, что я сижу здесь всего лишь три с небольшим часа.
- Ну вот мы и познакомились, - сказала я на прощание морю, встала и пошла взбираться на склон.
Но сделав несколько шагов, я обернулась. И тут что-то призывно блеснуло среди камней. Я вернулась и подняла предмет. Это была обычная позолоченная китайская статуэтка, изображающая улыбающегося толстяка.
«Смеющийся Будда», - сразу же назвала я толстяка и положила находку в карман.
- Будем считать, - сказала я морю, - что это твой подарок…
Но море старательно изображало равнодушие.
Я помахала рукой и полезла на склон…

Yu.

В одном из своих произведений Андрей Лазарчук утверждает, что человечество в своем развитии стремится к Богу. Не к тому Богу, который представляет религиозные воззрения верующих, а к тому наимощнейшему сверхразуму, коим научно принято отождествлять Создателя.
«Интересная идея», - подумал я, и стал испытывать ее на достоверность.
Поначалу я анализировал путь цивилизации со стороны стороннего наблюдателя, и тогда действительно предположение Лазарчука очень хорошо вписывалось в систему. Человечество прошло большой путь – от обыкновенной палки аж до ядерной бомбы, и на этом останавливаться не собирается.
Никто другой на этот путь даже ступить не отважился. Например, многие живые существа пользуются таким уникальным приспособлением, как палка. Обезьяны, птицы и даже ящерицы. Однако никто из них дальше не пошел – не превратил палку в копье или крюк. Собаки и дельфины обладают высоким интеллектом, но при этом остаются все на той же ступени развития, как и несколько тысяч лет назад. Многие птицы владеют речью, однако и не пытаются поставить ее себе на службу. А уж трудолюбивая умная лошадь давно могла бы превзойти человека по всем пунктам, но до сих пор остается лишь транспортным средством.
Один только человек ступил на опасный и тернистый путь, который в конце-концов приведет его к Богу. Лишь у этого слабого и безвольного в принципе существа хватило мужества бросить вызов всемогущему Создателю.
«Да уж, в этом весь человек», - подумал я, гордясь тем, что принадлежу к этому виду.
Однако, как в итоге оказалось, все намного сложнее. Стремление достичь уровня Бога – лишь одна сторона медали. Явная. Но есть и другая. Которую человек прячет даже от самого себя. Стоит только поглубже копнуть, и становится понятно, что в основе почти всех человеческих поступков кроется лишь одна цель – доказать всем и вся, что он – человек – намного круче всех остальных.
Доказательств этому, я думаю, даже приводить не стоит. Вы встречали когда-нибудь ученого, который бы не мечтал о славе? Который бы тихонько сделал себе какое-нибудь уникальное изобретение, да и удовлетворившись этим, забыл про него. Намного чаще (если не сказать - всегда) встречаются другие представители этого класса – те, которые изобретают совершенно бесполезные вещи, но при этом заявляют: «Я, мол, это изобрел! И никто другой уже не сможет повторить мой подвиг!»
Примерно также можно охарактеризовать и весь (за редкими исключениями) прогресс человеческой цивилизации. Да, на пути развития мы стремимся к Богу, но лишь затем, чтобы доказать себе (и Ему), что мы круче. Круче Бога и всех иных, многим из которых мы давно уже это доказали.
И если однажды вдруг мы все-таки достигнем божественного уровня, то лишь затем, чтобы заявить Создателю: «Понял, мы круче!», и пойдем бездарно тратить свое всемогущество на такие банальные вещи, как отрывание ножек мелким насекомым или охота на синиц с дробовиком.
В этом весь человек - невероятно талантливый и способный на все, что только возможно в этом мире, и даже на то, что совершенно невозможно.

Haali.

(Продожение. Начало читать здесь - Часть I )

- А можно повторить? – попросил я, - а то я видите ли не совсем разглядел.
Он еще раз проделал трюк.
- Ясно, - кивнул я головой.
- Вы мне не верите, - сказал он.
- Не верю, - честно ответил я.
- Хорошо, - сказал он и вытащил какой-то странный механизм, - эта штука настроена на моего отца. Сейчас я выйду на улицу и отправлюсь прямиком к нему. Я ее сам сделал. А ведь у меня нет никакого технического образования. Но мой отец вложил мне в голову схему, как ее сделать, - он пальцем стукнул по лбу, - видимо на всякий случай. Так сказать – перестраховался.
- Вы уже пробовали ее использовать? – спросил я, разглядывая ничем не примечательный механизм, похожий на пульт управления от детской машины.
- Зачем? Она работает, - уверенно сказал он.
- Да? - рука моя невольно потянулась к затылку.
И тут вдруг странная головоломка наконец сложилась в моей голове в ясную и четкую картину.
- Зачем вы пришли? – воскликнул я.
Он нахмурился.
- Вам ведь что-то от меня нужно, - допытывался я, - и вас привело отнюдь не тщеславие.
Он вздохнул.
- Хорошо, - сказал он, - я скажу вам правду. Мне нужно, чтобы вы написали статью. О нашей с вами встрече. О том, как вы видели, что я ушел. И что я говорил…
- Вы хотите удрать, не попрощавшись с кем-то. Я прав? – и получил в ответ утвердительный кивок, - с девушкой?
Он отрицательно покачал головой.
И тут меня вновь осенило.
- С матерью!
Он опять вздохнул и согласно кивнул.
- Видите ли, она сомневается в моем психическом здоровье.
- Я, если честно сказать, тоже.
Он снова кивнул.
- А уходить, не попрощавшись, я не могу. Мне нужно было как-то ей сказать, что я обязательно вернусь - я уже все подготовил. И чтобы она ничего не трогала. У меня там настроен обратный канал. Может быть я вернусь с отцом.
- Вы точно не псих?
Он пожал плечами.
- У меня есть только одна возможность это проверить, - он указал рукой на механизм, равнодушно лежащий на столе.
Я задумался. Надолго. Потом наконец принял решение.
- Мне нужно будет переслать статью вашей матери? Так?
- Нет, просто опубликовать наш с вами разговор. Она прочитает. Я же говорю, что я все подготовил. Так вы согласны?
Я лишь развел руки.
- Похоже, у меня не остается выбора.
- Спасибо.
Он залпом допил кофе, встал и протянул мне руку. И еще раз сказал:
- Спасибо.
Я тоже встал и пожал его руку.
- Передайте ей, что я обязательно вернусь. Обязательно.
- Не сомневаюсь, - сказал я, - и вы передавайте привет отцу.
Он кивнул, развернулся и пошел к выходу.
- Удачи, Аийликэн, - почему-то сказал я.
В дверях он вдруг остановился, повернулся и махнул мне рукой. А потом решительно вышел на улицу. Вытащил свой механизм из кармана, что-то нажал и пропал среди снующих прохожих.
Я бросился за ним. Выскочил на улицу. Оглянулся по сторонам. Кажется, впереди мелькнула его куртка.
- Эй, - окликнула меня выбежавшая за мной официантка, - вы не заплатили!
Я вытащил бумажник, еще раз глянул в ту сторону, где мне увиделась куртка Аийликэна. А потом махнул рукой и вернулся обратно в кафе.
- Как вы думаете, - спросил я у симпатичной молоденькой официантки, пропуская ее вперед, - инопланетяне существуют?
- Конечно, - сразу ответила она, - они живут среди нас. Быть может, инопланетянин – вы, или я, или ваш приятель, который сбежал… - она взмахнула рукой, охватывая пространство кафе, - здесь наверняка хоть один инопланетянин да есть.
- Интересная версия, - сказал я, усмехнувшись.
- Это не версия, - серьезно возразила она, - это правда.

trankvilium.

Часть I

С виду он был обыкновенным землянином, разве что цвет кожи казался немного неестественным, как будто он слишком много времени проводит в солярии, хотя это можно было бы списать на избыток южного солнца.
- Здравствуйте, - поздоровался он и представился, - меня зовут Аийликэн.
Я поздоровался в ответ и сразу же полюбопытствовал о причине его желания встретиться со мной.
- Я видимо тщеславен, - охотно объяснил он, - и если сама Госпожа Удача пожелала известности, то мне уж грех было не обратиться к Вам.
- А давно Вы на нашей планете? – спросил я.
- С самого рождения, - он усмехнулся.
Я задумчиво почесал в затылке.
Мы сидели в обычной - средней руки - кафешке с прескверным видом на гудящую, утрамбованную автомобилями, трассу, вдоль которой спешили по своим делам обычные человеки.
- А почему вы тогда считаете себя пришельцем? – вдруг нетактично спросил я.
- Потому что я из другого мира, - простодушно ответил Аийликэн.
Я опять поскреб затылок.
- Хорошо, - решил наконец я, - расскажите мне о вашем мире.
- Да что тут рассказывать, - он пожал плечами, - примерно так же, как и у вас, только на порядок грязнее. Ну и техническое развитие там на порядок выше.
- Космические корабли?
Он кивнул.
- И быстро летают?
Он опять кивнул.
- А почему же вы официально не вступите в контакт?
- А никому это не надо.
- А вы тогда зачем здесь?
- У меня отец не любитель сидеть на месте. Вот он и…
- Украл корабль и рванул сюда?
- Нет, зачем? – удивился он, - все было гораздо проще. Воспользовался обычным телепортом. Там надо было только чуть-чуть схемку поменять. И был таков.
- И попал на нашу планету?
- Нет, он сначала погулял по галактике. Где он только не был… Впрочем, это отдельная история. А потом попал на эту планетку и застрял. У нас здесь магнитная крышка.
- Магнитная крышка?
- Ну да, - Аийликэн кивнул, - это что-то вроде зеркала… Отец так говорил. Жмешь телепорт, а тебя выбрасывает сюда же. Отражает опять на Землю.
- Гм-м, - только и сказал я.
- А потом он что-то придумал и слинял.
- Куда?
- Бог его знает, - пожал плечами Аийликэн, - я же говорю, что он не мог сидеть на месте. Вечный странник. Так его мать называла.
Он замолчал и стал не спеша потягивать остывший кофе. Я побарабанил пальцами по столешнице, пытаясь найти изъян в этой истории.
- А у вас есть какие-нибудь доказательства того, что вы и вправду инопланетянин? – спросил я, - ну может какая-нибудь безделушка с той – вашей - планеты.
Он кивнул.
- Я сам.
- Что? – не понял я.
Он усмехнулся.
- Смотрите, - он странно и немножко неестественно крутанул головой, - вы так можете? Спорим, что нет? Так никто не может. Только я и мой отец.

Продолжение следует…

trankvilium.

(Продолжение читайте здесь - Часть II)

Однако, каковы бы ни были последствия, прогресс уже не остановить. Как снежная лавина, чем дальше – тем большие он набирает обороты. Процесс идет с ускорением.

Ускорение – это не значит «выше, дальше, сильнее». Мощности здесь не суть важны. Идеи автоматизации Форда по отношению к прогрессу неуместны. Здесь скорее подойдет пример с развитием мастерства.

Начинающий ремесленник вырезает из цельного ствола дерева тотемный столб. Один столб за три месяца. Спустя некоторое время он обзаводится опытом и подходящими, удобными инструментами. С хорошими инструментами и наличием опыта, процесс изготовления сократится вдвое, а может даже и втрое. Примерно один столб в месяц. Однако позже, когда мастерство резчика достигнет определенного уровня, количество уже перестанет волновать создателя. Теперь ему будет интересно делать не быстро, а качественно, интересно, уникально. И если раньше мастер изготавливал тотем за месяц, то теперь он готов потратить на один столб год, два, пять лет, целую жизнь…

То же самое и с прогрессом. Достигнув определенной мощности, движение прогресса из количественного начнет переходить в качественное.

Автомобилестроение как раз переживает такой переход. Никому и в голову не придет оценивать современный автомобиль по количеству лошадиных сил, куда большее внимание заслужат другие его возможности – экономичность, удобство в эксплуатации, безопасность.

А вот прогнозы, касающиеся направления движения пути прогресса, никаких качественных изменений не претерпели. Прогнозисты представляют будущее, исходя из настоящего, возведенного в энную степень.

Пример: День сегодняшний - треть населения проводит одну шестую часть жизни в Интернете. День завтрашний – две трети населения проводят в Сети одну четвертую часть жизни. День послезавтрашний – все человечество более половины своей жизни проживает в виртуале. День послепослезавтрашний – человек, хоть иногда выходящий в реал – анахронизм.

Ведь те же самые события можно представить совсем в ином свете.

Пример: День сегодняшний – человек сэкономил средства и время, найдя необходимую ему информацию в Интернете. День завтрашний – человеку не обязательно терять три-четыре часа на переезд из одного места в другое - работа стала удаленной. День послезавтрашний – прежде чем выпустить проект в реал, он проходит детальную симуляцию в виртуале. День послепослезавтрашний – виртуал по уровню жизнепригодности намного превосходит реальность.

Приумножить количество можно математически, а как предугадать качественные изменения? Можно вычислить, насколько больше тотемов сделает резчик, а вот чем качественно будет отличаться следующий столб от предыдущего порой не в силах предугадать даже сам автор.

Haali.